Клуб «Президент Каменного острова» почитателей Вильяма Козлова Клуб «Президент Каменного острова»

20.05.2018

Родник в Старом Березае

В очерке «История под ногами» я обещал рассказать о месте, называемом ильятинцами и староберезайцами «молокозавод». О нём, как и о многом другом в здешних окрестностях, я узнал от Палыча. Первый раз он привёз меня сюда как-то по осени, когда ходили по грибы. Вокруг не было не только ничего похожего на молокозавод, но и вообще никаких строений, хотя там, где из склона возвышенности бил родник, в зарослях травы можно было разглядеть обломки какого-то фундамента – залитых цементом булыжников и кирпичей.


Развалины фундамента молокозавода в Старом Березае

Конечно, в прежние времена сельские молокозаводы не были столь большими, как сегодняшние молкомбинаты, но, тем не менее, я недоумевал, - кто стал бы сооружать молокозавод в таком «медвежьем углу»? От Ильятино сюда три километра плохой просёлочной дороги, по которой проехать-то можно только летом, если её не развезло от дождей. От Старого Березая ближе – с полкилометра, но отделяет речка Березайка. Правда, из воды торчат чёрные деревянные сваи когда-то стоявшего моста.

Сваи моста, когда-то стоявшего в Старом Березае

Каждое поколение учится жить с чистого листа, думая, что всё всегда было таким, как сегодня. «Со свистом» долетая на машине по асфальту от питерской трассы до Ильятино, мы даже не задумываемся, что не так давно (по историческим меркам) здесь всё было по-другому. Не было не только асфальта, но и этой дороги вообще. Основная часть Ильятино, как известно, расположена на правом берегу Березайки (напомню, - левый и правый берега реки определяются по отношению к направлению её течения). Вот по этому-то правому берегу и шла дорога из Ильятино в Старый Березай, как раз мимо нашего родника. Сейчас родник на отшибе, сюда забредают лишь грибники, да с недавних пор любители окунуться в купель с ледяной родниковой водичкой. А когда-то здесь было оживлённо в отличие от левого берега, где расстилались только покосы.

Фрагмент карты генерального межевания Валдайского уезда Новгородской губернии 1788 г.

Перед вами фрагмент самой ранней известной карты здешних мест. Это весьма подробная карта генерального межевания Валдайского уезда Новгородской губернии 1788 года. Поместье от села Березай до озера Хоринского площадью около 3,5 тысяч гектаров, включая деревни Погарино и Ильятино, принадлежало Марфе Григорьевне Аничковой. Род Аничковых происходил от татарского царевича Беркая, приехавшего из Золотой орды на службу к московскому князю Ивану Калите и принявшего при крещении имя Аникий, откуда и пошли Аничковы. Большие поместья были пожалованы московским князем Иваном III дворянам Аничковым за их участие в покорении Новгорода в 1477 году. Аничковы были одними из самых крупных землевладельцев в здешних местах.

На этой карте 1788 года Нового Березая ещё нет, нынешний Старый Березай зовётся просто Березаем, и именно через него проходит Санкт-Петербургский тракт. Сейчас в Старом Березае, хотя и с большим трудом, ещё можно разглядеть остатки булыжной мостовой старой Петербургской дороги, которую в ХХ веке разбили и перемесили колёса автомашин. Когда-то здесь скакали из старой столицы в новую и обратно вестовые, погоняли своих лошадок ямщики, проезжали в каретах императоры и императрицы (а куда им было деться? Иной дороги не было), проехал и титулярный советник Александр Николаевич Радищев, занятый горестными мыслями о судьбе России, которые он доверит бумаге на постоялом дворе ямской станции Хотилов ям, а позже опубликует под названием «Путешествие из Петербурга в Москву» (1790 г.).

Остатки булыжной мостовой старой Петербургской дороги в Старом Березае

Дорога из Ильятино на карте 1788 года идёт по правому берегу Березайки мимо родника и выходит на тракт у моста на восточной, «московской», окраине Березая. В этом нет ничего удивительного. Любой мост это непростое сооружение, требующее немалых затрат на постройку и последующее содержание в рабочем состоянии. В этом мог убедиться любой, кто хотя бы перекидывал пару досок через ручеёк у себя на даче или в деревне, - как правило, на следующее лето их нужно подновлять. Словом, любой мост это удобство, но и лишние хлопоты. В своё время мой наставник в авиационном конструкторском ремесле любил повторять такую мудрость: «Лучшая деталь в самолёте та, без которой можно обойтись!» Марфа Григорьевна Аничкова, видимо, рассуждала так же, - если есть «федеральный» мост через речку в Березае, так и незачем тратиться на строительство своего в Ильятино. Вот и вели местные мужики свои подводы из Ильятина (а, значит, и из Погарина, Никитеревца, Леонова, Базарова, Трубичина и т.д.) по дороге мимо нашего родника, останавливаясь здесь, чтобы попить холодной ключевой воды и напоить своих лошадей.

Нашествие армии императора Наполеона на Россию в 1812 году, как известно, закончилось нашим взятием Парижа в апреле 1814 года. Среди итогов похода нашей армии в Европу обычно упоминают появление во Франции кафе «бистро», моду у русских на шампанское и позаимствованную у французов привычку начинать день с чашечки бодрящего кофе. Но мне думается, что к итогам этой победы можно отнести и ещё одно важное событие - учреждение в 1814 году указом императора Александра I особого Комитета «О построении и содержании больших дорог в Империи». Уверен, что эта идея пришла Александру I не сама по себе, а после того, как он волею судеб во время победоносного похода имел возможность сравнить родные русские дороги с европейскими. Комитет под председательством графа Аракчеева занялся вопросом сооружения в России по заграничному примеру насыпных каменных шоссе. Руководил работами видный российский инженер, главный директор Путей сообщения Франц Павлович де Воллан.

Начали с главного шоссе империи - Москва-Петербург, поскольку многие участки там находились в ужасном состоянии. Путь был утомительно долог ещё и из-за того, что дорога проходила через множество сёл и деревень, а каждая деревня это всегда лезущие под копыта лошадей пешеходы, дети, куры, свиньи и т.д. Поэтому и было принято решение о прокладке скоростных участков дороги Петербург–Москва между ямскими станциями, минуя расположенные между ними деревни и сёла. В связи с этим не могу удержаться от сравнения: двести лет назад император Александр I почему-то не догадался, как нынешние руководители нашей страны, дать казённые деньги своим друзьям, чтобы те проложили новые скоростные участки «федеральной» трассы, после чего объявили их частными и сделали платными для населения. Просто какой-то блаженный чудак был император…

К 1830-31 году на участке от Хотиловского яма (ямской станции) до Едровского проложили новую прямую дорогу, покрытую не булыжником, а более мелким (а значит, и менее «тряским») щебнем, минуя сёла Куженкино и Березай, деревни Лежнёво, Макарово и Выползово. (Надо думать, что и в те далёкие времена кто-то из торговых людей смог заработать на пилке леса и подвозе песка со щебнем на строительство дороги, как в недавние годы при строительстве скоростной трассы М11. В 2014-16 годы в окрестностях Бологое вырыто немало карьеров, хотя в Твери ни одного разрешения на добычу песка не выдавали.)

Фрагмент десятивёрстной «Карты Шуберта» 1832 г.

Изменения видны на десятивёрстной карте Западной части России, датированной 1832 годом и известной как «Карта Шуберта». Фёдор Фёдорович Шуберт (Фридрих Теодор фон Шуберт) – русский дворянин, участник Отечественной войны 1812 года и победного похода на Наполеона 1814 года, учёный-геодезист, генерал от инфантерии, директор Военно-топографического депо, почётный член Петербургской Академии наук.

Новые участки дороги, обходившие многие сёла и деревни, должны были повысить скорость езды между столицами. Если бы не одно «но». Люди привыкли жить при дороге, она их кормила. Это и починка сломавшихся повозок, не способных дотянуть до «автосервиса» в большом ямском селе, ночлег и кормёжка для седоков, сено для лошадей и много чего ещё. (Подобный бизнес и сейчас процветает на трассе – заправки, кафешки, шиномонтажи, стоянки для дальнобойщиков, мягкие игрушки (?), наркотики у цыганок...) Новая обходная дорога лишила людей привычного им заработка. Уж не знаю, как в начале XIX века была поставлена кадастровая служба и выдача разрешений на строительство, но, судя по карте 1832 года, большинство сёл и деревень, обойдённых новой дорогой, вскоре создали на ней свои «филиалы». Соответственно, вместе с курами, свиньями, пешеходами и ребятнёй, так что если скорость езды на тракте и выросла, то ненадолго (эта проблема проезда многочисленных сёл на пути между столицами и сегодня знакома всем водителям). На карте мы видим в версте от Куженкино у новой дороги Новое Куженкино, помимо Старого Лежнева – Новое Лежнево, помимо Березая – Новый Березай.

На этой карте линии обеих дорог – новой и старой – ещё одинаковой жирности, что означает, что обе дороги используются одинаково. Названия новых сёл и деревень написаны заметно мельче названий старых, от которых они «отпочковались», что означает, что число домов и жителей на новых местах ещё невелико. Кроме дороги из Ильятино в Березай по правому берегу Березайки изображена и дорога по левому берегу речки.

Фрагмент «Карты Стрельбицкого» 1871 г.

На карте 1871 года, известной как «Карта Стрельбицкого» (геодезиста и картографа, генерала от инфантерии), старая Петербургская дорога обозначена уже тонкой линией, какой обозначают дороги местного значения. Кроме того, со стороны Хотилово она обрывается уже в Березае, а раньше, как вы помните, шла до Едрово. К названию села Березай теперь добавлено Старый. Село Куженкино на старом месте исчезло, а Новое Куженкино при новой дороге стало именоваться просто Куженкино. То же и с деревней Лежнево. Деревни Макарово и Выползово полным составом переехали на новую дорогу. Дороги местного значения на карте указаны далеко не все. В том числе, нет и ильятинской дороги.

Фрагмент военной карты-трёхверстки 1912 г.

На военной карте-трёхверстке 1912 года весьма подробно указаны все дороги, включая местные. Старый питерский тракт ещё прорисован двумя линиями, т.е. представляет собой хорошую проезжую дорогу, но после Старого Березая в сторону Выползово превращается в тонкую линию просёлочной дороги местного значения. На карте дорога от Нового Березая к Старому идёт не там, где сегодня асфальтовая, а восточнее церкви, напрямую к мосту. Кстати, этой просёлочной дорогой местные жители пользуются до сих пор. Когда в Новом Березае вы свернули с трассы на Ильятино, дорога сначала плавно забирает влево, а метров через 150 - крутой поворот вправо, за которым начинается прямой как стрела полукилометровый участок. Обратите внимание, что на том самом крутом повороте от асфальта уходит влево в поле грунтовая просёлочная дорога. Я долго ездил и всякий раз думал, - куда она может вести, ведь там же треугольник, отрезанный с одной стороны трассой, с другой - речкой? А это, оказывается, старая дорога на Ильятино, проходившая через мост в Старом Березае и дальше мимо родника.

Отворот в Новом Березае с нынешней дороги на старую ильятинскую дорогу

Дорога на левом берегу Березайки хотя и обозначена на карте, но моста в Ильятино не видно. Это нельзя списать на недостаточную детализацию карты, поскольку в том же Ильятино обозначен мост через более скромную речку, вытекающую из озера Немега. Стало быть, в начале XX века в Ильятино моста через Березайку ещё не было. Земли от Ильятино до Березая на левом берегу Березайки на карте 1788 года обозначены как поля и покосы. Видимо, телеги, вывозившие с этих полей урожай, пересекали речку через брод. А сообщение Ильятино с Березаем и трактом шло по дороге на правом берегу, мимо родника.

Оживлённость этой правобережной дороги в прежние времена доказывают сегодняшние находки вдоль неё. Весной 2014 года я был свидетелем, как Валерий Палыч нашёл у дороги вдоль Березайки с десяток медных петровских, екатерининских и павловских монет «полушка» и «денга», а также целую их россыпь в реке. Возможно, узелок с деньгами кто-то закопал в земле, но вода с годами подмыла берег.

Всей этой предыстории я не знал, беседуя в 2010 году с Верой Константиновной Тихоновой (Воиновой) в гостях у неё дома в ЗАТО «Озёрном». Поэтому и удивился рассказу о том, что её отец, Константин Васильевич Воинов, священник Троицкой церкви в Старом Березае, выстроил новый большой дом на холме у родника и переехал туда с семьёй в 1917 году. Большой, сделанный из двух изб, дом был построен при поддержке владельца усадьбы Межутоки Михаила Белямина. Я ещё удивился, зачем понадобилось строить дом в такой глуши. А оказывается, в начале XX века это была вовсе не «глушь», а самая что ни на есть «цивилизация» - проезжая дорога из Ильятино в Старый Березай.

После революции 1917 года и разрухи 1918-21 годов страна училась жить по-новому. В начале 20-х годов по всей стране стали возникать коммуны. Появилась коммуна и в усадьбе Межутоки. Крестьянам понравилась идея коммунистических агитаторов поселиться в барских хоромах, спать на перинах вместо жёстких лавок и кушать с фарфоровых тарелок вместо глиняных мисок. Коммунары жили в барском доме, вместе трудились - строили птичники вдоль берега озера Немега для разведения водоплавающей птицы и проводили культурный досуг. Но идея коммунистических агитаторов о том, что все люди - братья и должны вместе трудиться и культурно развиваться, разбилась о прозу жизни. Поначалу в коммунах преобладал принцип «от каждого по способностям, каждому по потребностям», т.е. уравнительный подход. При этом отсутствовала связь трудового вклада с потребляемыми благами. Среди коммунаров вспыхивали споры о том, кто из них переработал, а кто - недоработал, из-за чего атмосфера в коммуне накалялась. К этому добавлялись проблемы, связанные с неграмотностью, неряшливостью в быту и неуживчивостью некоторых коммунаров. Долго коммуна в Межутоках не продержалась, - коммунары переругались и разошлись по домам. Сталин в статье «Головокружение от успехов» писал: «Для сельскохозяйственных коммун, …где обобществлено не только производство, но и распределение, условия еще не назрели».

Поскольку сам народ отказался от ведения коллективного хозяйства, то руководство страны в конце 20-х годов начало принудительную коллективизацию. В соответствии с этим в январе 1929 года село Старый Березай и деревня Новый Березай образовали колхоз «Луч света». Добровольно идти в колхозы соглашались в основном бедняки. Семьи же, где было по нескольку взрослых мужчин, имевшие благодаря этому крепкое хозяйство, идти в колхоз не желали. Таким власть дала определение «кулаки». Их раскулачивали (отбирали скотину, сельхозинвентарь, дома), некоторых ссылали в лагеря в Сибирь. У Альбины Афанасьевны Терешковец (Гавриловой) из Старого Березая имеется любопытный документ, жестокое свидетельство того времени – протокол об изъятии имущества в колхоз у жителей Старого Березая.

Коммунисты исповедовали воинствующий атеизм, поэтому вскоре после революции церковь в Старом Березае закрыли, а священник Константин Воинов попал в разряд «лишенцев» (конституция 1918 года отнесла к ним кулаков, частных торговцев и лиц духовного сословия), лишенных избирательных прав, права занимать ответственные должности, права на защиту в суде, на получение пенсии, пособия по безработице и продовольственного пайка. Их детей исключали из школ, лишали возможности учиться в старших классах и ВУЗах.

Председатель сельсовета Павел Ефимович Ефимов демонстративно поставил свой новый дом в центре Старого Березая прямо на входе на кладбище, которое было у церкви. На нём из-за тесноты уже не хоронили, - ещё Константин Воинов, назначенный в приход в конце XIX века, выбрал место для нового кладбища (это то самое кладбище, которое до сих пор служит местом погребения жителей окрестных сёл). Старое кладбище у церкви оставалось, жители ухаживали за могилами своих предков. Но председатель решил, - раз власть церковь закрыла, то нечего и на кладбище ходить, и перегородил своим домом вход туда.

Этот дом напротив церкви стоит и поныне. А кладбища давно уже не видно. Это не значит, что его куда-то перенесли. Нет, кости предков лежат там же, где их в своё время и погребли. Вот только всем надгробным плитам, по которым кладбище можно было бы узнать, председатель сельсовета придумал новое назначение. Несколько гранитных и мраморных надгробий его семья приспособила в качестве фундамента пристройки к своему дому. Любой желающий и сегодня может взглянуть на это кощунство.

Дом бывшего председателя колхоза в Старом Березае, стоящий на надгробных камнях

 

Единственное надгробие, сохранившееся на старом кладбище у церкви

На старом кладбище у церкви каким-то чудом осталось единственное каменное надгробие, не пущенное председателем на строительные нужды. Недоглядел, упущение с его стороны…

В старый дом священника Константина Воинова, где его семья жила до переезда в новый, что у родника, председатель вселил свою родню. Нечего лишенцам иметь два дома на одну семью! Хватит и одного. Ладно ещё, что не отобрал новый.

Местные жители вспоминают староберезайского батюшку как человека работящего, который помимо своих церковных обязанностей сам сеял и сажал, косил и убирал, держал ульи.

Священник Троицкой церкви Константин Васильевич Воинов занимается пчёлами на своём участке в Старом Березае.

Дореволюционное фото из архива внучки священника Валентины Евгеньевны Воиновой. Церковь загорожена домом, но виден её купол и колокольня.

На новом месте Константин Воинов тоже занялся пчеловодством, а жена продавала мед. На то и жили скромно. Двери гостеприимного дома Воиновых были открыты для всех, благо места в большом доме хватало. Всегда пускали на ночлег нищих, которых много было в годы разрухи после революции и гражданской войны. Всех умудрялись чем-то накормить. Умер Константин Васильевич Воинов в 1931 году и похоронен на Староберезайском кладбище, справа от входа. Его дом на горе над родником не сохранился.

Во время войны председатель жил хорошо. Вокруг стояло много воинских частей. Военных с избытком снабжали продовольствием, в том числе тушёнкой и галетами, поставлявшимися из Америки по программе ленд-лиза. Зато у военных не было свежего молока, яиц и прочей сельхозпродукции. Председатель наладил с военными взаимовыгодный обмен, и жители Старого Березая могли регулярно видеть, как солдатики разгружают и заносят в его дом ящики тушёнки и коробки галет. Но на просьбы голодных детишек дать попробовать эти деликатесы председатель отвечал, что им – дырка от бублика. Односельчане за глаза называли его Свистулой за многочисленные обещания, которые он раздавал, но забывал выполнять.

Беседуем со старожилами Старого Березая двоюродными сёстрами Альбиной Афанасьевной Терешковец (Гавриловой) и Розой Николаевной Петровой (Васильевой)

В войну в окрестных лесах шла массовая заготовка древесины. Она нужна была и для строительства в тылу, и для возведения оборонительных сооружений на фронте. Из Леоново, Нарачино, Погарино, Трубичино и других деревень лес вывозили через Ильятино, по дороге мимо родника. Альбина Афанасьевна Терешковец (Гаврилова) вспоминает, как по дороге через Старый Березай от моста в сторону Выползово днём и ночью грохотали мощные американские Студебеккеры, гружёные лесом. Каждому колхозу давали план по заготовке леса. На заготовку отправляли и мужчин, кого не забрали на фронт по возрасту или состоянию здоровья, и женщин. Но Свистула пытался выгнать на работу и подростков во время школьных каникул. Двое пятнадцатилетних пареньков – Хазов и Гусев – отказались. Свистула донёс на них, и оба получили срок. Один из них, отбыв пять лет в лагере, вернулся домой очень больной. Отец корил сына, говорил, что нужно было соглашаться, хоть зубами, но заготовить эти проклятые 10 кубометров леса. Две недели спустя после возвращения парень умер. Его друг после освобождения тоже прожил недолго.

После Великой Отечественной войны в 1946-48 гг. колхоз «Луч света» разделился. Старый Березай отошёл к ильятинскому колхозу «Смена», а Новый Березай создал свой колхоз «Победа». В 1951-52 гг. «Победа» влилась в нарачинский колхоз имени Жданова, но в 90-е годы после ликвидации колхозов новоберезайские земли тоже отошли совхозу «Ильятинский».

Молокозавод у родника был построен в колхозный период до Великой Отечественной войны. Судя по обломкам тёсаных гранитных камней среди развалин фундамента молокозавода, для его строительства использовались и гранитные надгробия с кладбища у староберезайской церкви.

Обломок гранитного надгробия среди развалин фундамента молокозавода

Мне удалось разыскать нескольких старожилов, кому в детстве довелось бывать на этом молокозаводе. Николай Анатольевич Васильев из Ильятино рассказывает, как выглядел молокозавод примерно в 1960 году, когда ему было 10 лет. Дорога от молокозавода до моста в Старом Березае была вымощена булыжником. Молокозавод представлял собой большой деревянный дом, рядом с которым стоял ещё один поменьше, где жила семья лаборантки, отвечающей за качество продукции. Молоко привозили на телегах как с колхозных ферм, так и из домашних хозяйств, поскольку по советским законам всех, державших коров, обязывали сдавать государству 300 литров молока в год с каждой коровы. Председатель колхоза каждый день отправлял телегу, которая объезжала всё село и собирала у хозяек молоко. Молоко из вёдер переливали в стандартные 38-литровые бидоны, которые затем везли на молокозавод. Сдавшие молоко получали обрат (обезжиренное молоко 0,05% жирности, остающееся после сепарирования сливок из цельного молока) для выпойки молодняка телят и поросят. Пол в деревянном доме маслозавода был цементный. В центре пола имелось углубление, небольшой бассейн, куда была подведена проточная ледяная вода из родника температурой около 5 градусов круглый год. По этой причине место у родника и выбрали для молокозавода. В воду по самое горлышко опускали бидоны с молоком, которое могло долго храниться в этом естественном холодильнике.

Штат молокозавода включал нескольких работников, принимавших и перерабатывавших молоко. Здесь имелась маслобойка и сепаратор для творога. Электричества не было (его провели в Ильятино только в 1965 году), поэтому маслобойку и сепаратор крутили вручную.

Альбина Афанасьевна Терешковец (Гаврилова) из Старого Березая вспоминает, что на молокозавод на лошадях свозили молоко в бидонах из семнадцати (!) окрестных сёл и деревень. Ещё ей запомнилось, что масло на молокозаводе упаковывали в 20-килограммовые картонные коробки с надписью «экспорт» для поставки за рубеж!

Так же проходила дневная дойка и в колхозе "Луч света" в Старом Березае

Учётчица принимает молоко у доярок


Доставка молока на молокозавод

Работа лаборантки на колхозном молокозаводе. На заднем плане - ручной сепаратор.

Молоко заливают в сепаратор

Были и такие приспособления на колхозных молокозаводах

Перед сепарированием молока для приготовления творога его нагревали в печи

На карте РККА (Рабоче-Крестьянской Красной Армии) 1938 года указана только одна дорога из Ильятино в Старый Березай - по правому берегу Березайки.

Фрагмент карты РККА 1938 г.

На германской карте 1942 года дорога из Ильятино проходит там же, но почему-то ведёт в Макарово, а дороги в Старый Березай нет вовсе. Заблудились бы фашисты, дойди они сюда.

Фрагмент германской карты 1942 г.

Обратите внимание на одну интересную деталь: на цветных картах 1871, 1938 и 1942 годов хорошо видно, что между озером Островито и питерской трассой практически нет леса за исключением небольшого массива у Макарово. Озеро Катышино окружено полями, не случайно во время войны там был военный аэродром. Видимо, раньше здесь активно велись лесозаготовки, а поля засевались или служили для выпаса скота.

На карте МВД СССР 1957 года по-прежнему указана лишь одна дорога из Ильятино - по правому берегу Березайки, но, как и на германской карте, почему-то ведущая в Макарово.

Фрагмент карты МВД СССР 1957 г.

В начале 60-х годов, при Н.С. Хрущёве, в стране взяли курс на укрупнение хозяйств и предприятий, в результате чего молоко со всего района стали свозить на молокозавод в Бологое, а местные молокозаводы позакрывались, в том числе, и староберезайский. Но дорога мимо родника по-прежнему оставалась главным путём к трассе из Ильятино, Погарино и других деревень. Не случайно, когда в 1965 году в них, наконец-то, провели электричество (помните фразу великого В.И. Ленина – «Коммунизм есть советская власть плюс электрификация всей страны!», сказанную им в 1920 году?), то линию электропередачи проложили именно вдоль существовавшей тогда дороги мимо родника. Эти деревянные столбы с натянутой между ними ржавой стальной проволокой (в отличие от современных бетонных с алюминиевыми проводами) стоят там и сейчас, хотя электроэнергию давно уже не передают. Эта старая линия электропередачи до сих пор нависает над речкой в Старом Березае недалеко от свай старого деревянного моста.

Столб старой линии электропередачи, шедшей из Старого Березая в Ильятино

Неожиданно случилось событие, в результате которого дорога мимо родника утратила своё значение. Дело в том, что в 1960 году военные выбрали окрестности села Выползово для формирования дивизии ракетных войск стратегического назначения. Сначала ракеты размещались в ангарах рядом с Выползово. Для приведения в боевую готовность установщик с ракетой выезжал из ангара, и боевой расчёт поднимал её в вертикальное положение. 24 мая 1963 года руководитель Советского Союза Никита Хрущёв даже привозил в Выползово гостившего в СССР лидера Кубы Фиделя Кастро, чтобы показать ему эту процедуру. Но более надёжным в то время считалось хранить ракеты в хорошо защищённых подземных шахтных пусковых установках. В этом случае их труднее поразить вражеским ракетам. Поэтому вскоре на обширной территории окрестных лесов начали копать шахты, размещать учебные полки и другие объекты дивизии («точки» и «площадки»). Для сообщения с ними, доставки ракет и их обслуживания требовалась сеть надёжных грунтовых дорог. Где-то улучшали старые дороги, а где-то прокладывали новые.

Одну из «точек» соорудили в километре от Старого Березая в направлении на Ильятино (7-я площадка), другую - за Ильятино, у деревни Погарино.

Солдат-ракетчик с 7-й площадки ждёт девчонок на мосту в Старом Березае. 1964 г.

Вот тогда-то военные и проложили новую грунтовую дорогу от ленинградской трассы до Ильятино западнее Старого Березая, по левому берегу Березайки. А новый мост построили в самом Ильятино, но ещё деревянный, метрах в трёхстах выше по течению от нынешнего бетонного. На месте бетонного тогда был просто брод.

Новой дорогой и мостом, естественно, с удовольствием стало пользоваться всё местное население. Старая дорога стала хиреть, зарастать, староберезайский мост подновлять перестали.

Николай Анатольевич Васильев из Ильятино вспоминает, что в 1970 году, когда он, вернувшись из армии, стал работать водителем в ильятинском колхозе, мост в Старом Березае ещё стоял, но им уже пользовались только пешеходы, да ещё гоняли коров. Ездить по нему было опасно из-за ветхости, поэтому машины преодолевали речку через брод рядом с мостом.

По воспоминаниям Альбины Афанасьевны Терешковец (Гавриловой) из Старого Березая, последнюю свою службу мост сослужил, когда в 70-е годы в село нагрянула съёмочная группа какого-то художественного фильма о войне. Мост слегка подновили, после чего подожгли. По загоревшемуся мосту промчалась конница. Эпизод сняли, а мост сгорел дотла. Поговаривали, что киношники дали председателю деньги на строительство нового моста взамен сожжённого, но председатель распорядился ими как-то иначе. С тех пор и торчат из воды почерневшие сваи.

На сваях старого моста до сих пор видны следы пожара

Об интересных находках в речке у этого старого моста я писал в очерках «История под ногами» и «История оружия».

В 60-е годы Советский Союз успешно развивался. Даже в нашем небольшом очерке видны перемены не только в военной сфере - создание ракетной дивизии в Выползово, но и в гражданской - укрупнение молокозаводов, а значит, рост объёма и качества молока (натурального, а не порошкового с пальмовым маслом, как сейчас). Страна заботилась о создании рабочих мест для своего населения не только в городах, но и в сельской глубинке. В 1969 году в Ильятино началось строительство зверосовхоза по разведению пушных зверей. До этого деревня представляла собой пару улочек с избами вдоль речки, а в 70-е годы на холме вырос большой посёлок сначала из современных газифицированных коттеджей, а позже и панельных двух- и трёхэтажек. В конце 70-х годов процветающий зверосовхоз заасфальтировал грунтовую дорогу, проложенную военными от ленинградской трассы, и построил новый бетонный мост через речку.

На карте СССР 1990 года уже обозначена только новая дорога по левому берегу Березайки, а старой уже нет.

Фрагмент карты 1990 г.

 

Осталось рассказать о последнем эпизоде истории староберезайского родника. 5 мая 2009 года группа активистов из ЗАТО Озерный и Выползовского сельского поселения обратилась с прошением к Архиепископу Тверскому и Кашинскому Виктору о восстановлении церкви Святой Троицы в деревне Старый Березай. Инициаторам виделось, что восстановленная церковь даст возможность объединить православных жителей Старого и Нового Березая, Ильятино, Погарино, Нарачино и Трубичино. 17 июля 2009 прошёл сход граждан по выборам церковной десятки. В августе того же года Архиепископ Тверской и Кашинский Виктор, посетив город Бологое, дал благословение на восстановление церкви Святой Троицы, а настоятель Храма Андрея Первозванного в ЗАТО Озерный отец Арсений отслужил молебен.

Молебен за восстановление церкви Святой Троицы в Старом Березае. Август 2009 г.

Инициаторы восстановления церкви в Старом Березае Д.А. Вдовых и С.Е. Войтов

Инициаторами этого дела стали депутат Бологовского района от Рютинского сельского поселения Сергей Войтов, а также глава Выползовского сельского поселения, председатель Собрания депутатов Бологовского района и член политсовета бологовского отделения партии «Единая Россия» Дмитрий Вдовых. И Войтов, и Вдовых – известные в здешних краях предприниматели, «поднялись» в 90-е годы, как и многие, на торговле лесом и пиломатериалами.

17 марта 2010 года Сергей Евгеньевич Войтов учредил благотворительный фонд «Старый Березай». Был создан интернет-сайт фонда stberezai.ru, где разместили информацию о церкви и о том, как можно помочь фонду, сообщали новости. Напечатали красочные буклеты, распространяли их в письмах руководителям организаций ЗАТО Озерного. За два года оформили в безвозмездное пользование землю под церковью сроком до 26 октября 2014 года, получили разрешение и подвели к церкви линию электропередачи. К апрелю 2012 года, благодаря взносам С.Е. Войтова, Д.А. Вдовых, и А.И. Стехомирова, на счету фонда имелось 150 тысяч рублей.

И всё-таки для восстановления церкви денег требовалось гораздо больше. Помимо этого имелись серьёзные сомнения, что восстановленная церковь сможет существовать за счет пожертвований своих прихожан. Слишком уж уменьшилось население деревень и сёл, когда-то входивших в приход, некоторые вообще обезлюдили. В деревнях и сёлах  Выползовского сельского поселения (за исключением самого Выползово) насчитывается от 1 до 13 жителей (в Молчаново - 23). В деревнях Базарово и Никитеревец уже нет ни одного постоянного жителя. В Старом Березае на 1 января 2009 года были зарегистрированы только 5 жителей, остальные – приезжающие дачники. Многие жители Выползово ходят в церковь в Озёрном, жители Нового Березая уже привыкли ездить в церкви в Озёрном или в селе Куженкино, либо в Иверский монастырь в Валдае.

Видимо, в силу этих соображений благотворители и приняли решение пустить собранные средства на строительство часовни с купальней на староберезайском роднике.

Войтов осуществлял общую координацию, Вдовых организовал технику и строителей. Сруб часовни из оцилиндрованных брёвен сделали на пилораме в Выползово. Собрать бригаду строителей Вдовых предложил Олегу Борисенко из Ильятино.

В 2013 году забетонировали фундамент с купальней, установили сруб, подвели его под крышу. Воду из родника развели на два потока: один – в купальню, другой – пить и набирать в посуду. Внутри соорудили две лесенки в купальню, полки, лавки и т.д. Завершить часовню успели в январе 2014 года, к Крещению. В церемонии её открытия участвовали как сами благотворители, так и глава Бологовского района Александр Козлов. Настоятель Храма Андрея Первозванного в ЗАТО Озёрном отец Арсений отслужил молебен и освятил часовню. В Старом Березае и Ильятино у дороги установили указатели со стрелкой «Свято-Богоявленский источник».

Строительство часовни на роднике в Старом Березае. 2013 г.

Январь 2014 г.


В конце лета того же 2014 года благотворители построили ещё и пешеходный мост через речку в Старом Березае, чтобы можно было добраться до источника не только через Ильятино. Железобетонный мост построили рядом с местом, где когда-то стоял деревянный, вот только старый соединял возвышенные части берегов, а новый почему-то соединяет две низины. Поэтому в апреле–мае во время таяния снегов и подъёма воды в реке подойти к мосту невозможно.

Пешеходный мост из Старого Березая к роднику. 2014 г.

Таким мост бывает весной. Май 2018 г.

Тем не менее, дело сделано хорошее. Родник и купальня пользуются популярностью у местного населения. Многие приезжают сюда за водой даже из Выползово.

Источник освятили на Крещение, а через месяц, в феврале 2014 года, строитель часовни Олег Борисенко неожиданно умер. Было ему около 40 лет. В Ильятино Олег приехал из Белоруссии, из города Кричев. Был он парень работящий и мастер на все руки. Когда я стал расспрашивать о нём в Ильятино, то люди далеко не сразу вспомнили его имя, потому что все звали его просто Малой или Хохотунчик за добрый и весёлый нрав. Пусть сложенная им часовня останется и памятником ему.

22 ноября 2014 года скоропостижно скончался освящавший часовню протоиерей Арсений Карапетян, 17 лет исполнявший обязанности настоятеля Храма Андрея Первозванного в ЗАТО Озёрном. Умер он в возрасте 54 лет, совсем ещё не старым.

В то же самое время между спонсорами часовни возник финансовый конфликт из-за другого объекта, уже коммерческого. Даже череда судов не помогла разрешить его окончательно. Знакомая ситуация. Незадолго до того я сам попал в похожую историю с Дмитрием Вдовых, и мне тоже пришлось долго судиться, чтобы закрыть вопрос. Так что очень хорошо понимаю Сергея Войтова.

Осенью 2017 года случилась ещё одна неприятность - в дом Дмитрия Вдовых ворвались неизвестные, в результате чего он серьёзно пострадал. А вскоре и лишился должности председателя Собрания депутатов Бологовского района, оставшись просто депутатом.

Дмитрий Вдовых регулярно посещает церковь, ему доверяют нести хоругви во главе крестного хода на Пасху. Хочется верить, что богоугодные дела зачтутся ему, и все жизненные неприятности благополучно разрешатся.

 

Недавно, в начале мая, я побывал на роднике и искупался в купальне. Вода, как и всегда, замечательная. А вот часовня требует присмотра. Несколько листов рубероида на крыше сорвало ветром, сквозь обрешётку видно небо. Из-за этого намок ковролин, постеленный кем-то для комфорта, и под ним расцвела обширная плесень. Ковролин пришлось выбросить за дверь, но доски пола под ним уже начали гнить.

Благотворителям теперь, боюсь, не до часовни. Поэтому родник со временем рискует вернуться в своё изначальное состояние. Будет жаль.

Часовня на Свято-Богоявленском источнике в Старом Березае. Май 2018 г.

 Назад


Клуб «Президент Каменного острова»

сделано в Logic Systems